Уменьшить шрифт Сбросить шрифт Увеличить шрифт

Russian

English

Russian

English

Требуются: врач функциональной диагностики, врач УЗИ, врач-анестезиолог-реаниматолог пит опсм, секретарь с опытом работы 5 лет свободно владеющий английским и немецким языком, диетсестра с переподготовкой и опытом работы по специальности 5 лет, уборщик служебных помещений (без вредных привычек), медицинские сестры

На весах последней надежды

Миллиардеру Дэвиду Рокфеллеру, которому в июне этого года исполнится 100 лет, в шестой раз пересадили сердце. Правда, в интернете уже появились сообщения, что это газетная утка... Между тем первую такую операцию Рокфеллеру провели в 61 год после автомобильной аварии. Общаясь с журналистами, он рассказал, что планирует дожить до 200 лет. Многие расценили это заявление как насмешку над простыми смертными, ведь подобные трансплантации очень сложны и крайне дорогостоящи, а за донорскими органами люди во всем мире выстраиваются в очередь, в которой 9 человек из 10, так и не дождавшись своего шанса на спасение, погибают... А насколько у нас актуальны ретрансплантации?
 
 
По словам главного внештатного трансплантолога Минздрава, руководителя РНПЦ трансплантации органов и тканей Олега Руммо, пересадка органа одному и тому же пациенту может выполняться неограниченное количество раз, то есть каких–либо ограничений с медицинской точки зрения нет:
 

— В самой по себе ретрансплантации нет ничего, что бы принципиально отличало ее от первичной пересадки органа. И причины, вызвавшие необходимость такой операции, могут быть разные — например, просто не прижился донорский орган или возникли осложнения в результате попадания в организм вирусной инфекции. Случается, пациенты грешат несоблюдением режима, игнорируют важнейшие рекомендации врача — и тогда тоже, увы, порой приходится начинать сначала... При этом, невзирая на обстоятельства, все операции по пересадке органа, в том числе повторные, гражданам Беларуси делаются бесплатно. Возможно, поэтому некоторые пациенты не до конца осознают их истинную ценность, хотя однажды уже были на волоске от смерти...
 
Конечно, органы, образно говоря, не лежат где–то там на блюдечках с голубой каемочкой в ожидании своего счастливого часа. Как раз наоборот! Донорский материал крайне дефицитен. Изъятые органы ведь живут очень–очень мало. Больше всего «держится» почка — около 24 часов, печень — 12 часов, сердце — до 8 часов... А спрос? Сегодня в Беларуси трансплантации почки ждут около 700 человек, печени — 90, поджелудочной железы — 25, легкого — 20 и около 40 человек ожидают пересадки сердца. И если человеку вдруг потребовалась повторная пересадка органа, то он попадает сюда же, в общий лист ожидания, не пользуясь никакими привилегиями. Такова общемировая практика.
 
Случается, что донорский орган подходит сразу нескольким кандидатам на пересадку, но может и вовсе оказаться бесполезным. Если претендентов несколько, то, по словам главного кардиохирурга Минздрава, доктора медицинских наук, профессора Юрия Островского, операция назначается пациенту, находящемуся в самом тяжелом состоянии:
 

Фото  БелТА.

— Но если и здесь потребуется выбирать, тогда, конечно, будут приняты во внимание и социальные факторы: возраст (предпочтение младшему), наличие детей, образ жизни... И если человек безжалостно «прогулял» сначала свой собственный орган, а потом примерно так же поступил с донорским, естественно, ситуация будет не в его пользу.
 
Ретрансплантация сердца в Беларуси выполнялась пока 2 раза, обе операции сделаны в прошлом году. Юрий Петрович говорит, что причина одинакова — дисфункция донорского органа. И это были еще не старые люди. К слову, по протоколу операция по пересадке сердца ограничивается 65 годами. Но у нас ее делали и в 68...
 
Вообще, лидирующую позицию в ретрансплантации занимают почки: неоднократную замену этого органа в нашей стране пережили уже десятки пациентов, при этом шестеро — трижды! Повторную операцию по пересадке печени сделали 16 пациентам, уточняет Олег Руммо:
 
— В одних случаях необходимость повторить операцию была вызвана тем, что организм по различным причинам «не уживался» с новым органом, пересаженным в нашей же клинике, в других — мы имели дело с пациентами, которым первая операция делалась в зарубежных центрах. Например, недавно мы оперировали 49–летнего японского гражданина, которому первично трансплантация печени делалась в Колумбийском университете города Нью–Йорка. Четыре с половиной года орган благополучно функционировал, а потом вдруг перестал. Заплатив 150 тысяч долларов, иностранный пациент покинул Беларусь весьма довольным. Почему? Во–первых, потому, что у нас просто хорошо, чего ни коснись. Во–вторых, в Америке сумма была бы повыше. Кстати, японец вполне мог бы сэкономить еще больше денег и времени: например, в Китае такие операции стоят втрое дешевле, чем в Беларуси, и лететь туда ему пришлось бы всего 1 час. Но он все–таки предпочел потратить 13, чтобы оказаться в Минске...
 
Вообще, такое «медицинское гостеприимство» окупается сторицей: сделав одну операцию иностранцу, страна получает средства для выполнения аналогичной 5 — 6 своим гражданам.
 
И все же что думают белорусские трансплантологи о «шестом перерождении» Рокфеллера? Они склонны рассматривать это событие скорее через призму социальной справедливости, которая в американском контексте на стороне толстых кошельков. Вспоминают, как отреагировала мировая общественность: дескать, как 100–летнему миллиардеру — так нате, пожалуйста, и шестое донорское сердце, а какому–нибудь 40–летнему рядовому гражданину — не исключено, что не хватило и первого...
 
— В Евросоюзе такую операцию ни за что бы не сделали, — убежден Олег Руммо. — У нас, я уверен, тоже. В Америке деньги решают все — поэтому рискуют. Но и — могут, конечно, многое!
 
Буква закона
 
Каждый белорус по умолчанию согласен стать донором органов после своей смерти. Потому что наше законодательство, как в Австрии, Швеции, Бельгии, Нидерландах, Венгрии и многих других странах, предполагает в этой сфере презумпцию согласия. Однако близкие родственники умирающего человека имеют полное право выразить свое несогласие на забор органов в устной или письменной форме. Если же родственников нет или они не обсуждали с врачом эту тему, считается, что согласие имеется. Выявление людей, которые могут стать потенциальными донорами, входит в круг будничных обязанностей врачей каждого лечебного заведения. После выполнения всех необходимых юридических процедур, о соблюдении которых ставится в известность Генеральная прокуратура, орган изымается. И если, например, в автокатастрофе погибает вполне здоровый и еще нестарый человек, то с помощью его органов можно спасти жизнь... сразу семерым!
 
 
Что делать, если вы вдруг решили для себя, что категорически не согласны стать донором после смерти? Необходимо сообщить об этом письменно, а сам документ отправить по почте в РНПЦ трансплантации органов и тканей. И тогда никто ни при каких обстоятельствах ваш орган уже не заберет. При этом если вам вдруг понадобится трансплантация почки, печени, сердца, операцию все–таки сделают. Сегодня от посмертного донорства отказались уже более 2.200 белорусов. По мнению медиков, к чести нашего населения, это очень немного. А вот благодаря «согласившимся» уже спасены 1.525 человек.
 
Цена вопроса
 
Сам орган не стоит ни копейки ни в одной цивилизованной стране мира, он дарится. Если вопрос поставлен иначе — это уже чистой воды криминал. Оплаты требует услуга по выполнению трансплантации: мастерство сотрудников, лекарства, амортизация оборудования. Одна операция по трансплантации, например, почки обходится государству в 15 тысяч долларов, а послеоперационное лечение только одного пациента (прием препаратов) — в 7 тысяч долларов в год. Операция по пересадке печени стоит 25 тысяч долларов, сердца — 50 — 60 тысяч. А вот трансплантация печени белорусскому пациенту в Германии обойдется в 200 — 250 тысяч евро.
 
Цифра «СБ»
 
Беларусь входит в 30 самых развитых в области трансплантологии держав. И мы безусловные лидеры среди стран СНГ. По числу таких операций на миллион населения опережаем Россию в 5 раз, Украину — в 20, обошли уже и Польшу, и некоторые другие страны Евросоюза.
 
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.
 
Советская Белоруссия № 92 (24722). Вторник, 19 мая 2015

Автор публикации: Марина ЗУБОВИЧ

Автор фотографии: Юрий МОЗОЛЕВСКИЙ

Миллиардеру Дэвиду Рокфеллеру, которому в июне этого года исполнится 100 лет, в шестой раз пересадили сердце. Правда, в интернете уже появились сообщения, что это газетная утка... Между тем первую такую операцию Рокфеллеру провели в 61 год после автомобильной аварии. Общаясь с журналистами, он рассказал, что планирует дожить до 200 лет. Многие расценили это заявление как насмешку над простыми смертными, ведь подобные трансплантации очень сложны и крайне дорогостоящи, а за донорскими органами люди во всем мире выстраиваются в очередь, в которой 9 человек из 10, так и не дождавшись своего шанса на спасение, погибают... А насколько у нас актуальны ретрансплантации? По словам главного внештатного трансплантолога Минздрава, руководителя РНПЦ трансплантации органов и тканей Олега Руммо, пересадка органа одному и тому же пациенту может выполняться неограниченное количество раз, то есть каких–либо ограничений с медицинской точки зрения нет: — В самой по себе ретрансплантации нет ничего, что бы принципиально отличало ее от первичной пересадки органа. И причины, вызвавшие необходимость такой операции, могут быть разные — например, просто не прижился донорский орган или возникли осложнения в результате попадания в организм вирусной инфекции. Случается, пациенты грешат несоблюдением режима, игнорируют важнейшие рекомендации врача — и тогда тоже, увы, порой приходится начинать сначала... При этом, невзирая на обстоятельства, все операции по пересадке органа, в том числе повторные, гражданам Беларуси делаются бесплатно. Возможно, поэтому некоторые пациенты не до конца осознают их истинную ценность, хотя однажды уже были на волоске от смерти... Конечно, органы, образно говоря, не лежат где–то там на блюдечках с голубой каемочкой в ожидании своего счастливого часа. Как раз наоборот! Донорский материал крайне дефицитен. Изъятые органы ведь живут очень–очень мало. Больше всего «держится» почка — около 24 часов, печень — 12 часов, сердце — до 8 часов... А спрос? Сегодня в Беларуси трансплантации почки ждут около 700 человек, печени — 90, поджелудочной железы — 25, легкого — 20 и около 40 человек ожидают пересадки сердца. И если человеку вдруг потребовалась повторная пересадка органа, то он попадает сюда же, в общий лист ожидания, не пользуясь никакими привилегиями. Такова общемировая практика. Случается, что донорский орган подходит сразу нескольким кандидатам на пересадку, но может и вовсе оказаться бесполезным. Если претендентов несколько, то, по словам главного кардиохирурга Минздрава, доктора медицинских наук, профессора Юрия Островского, операция назначается пациенту, находящемуся в самом тяжелом состоянии: Фото БелТА. — Но если и здесь потребуется выбирать, тогда, конечно, будут приняты во внимание и социальные факторы: возраст (предпочтение младшему), наличие детей, образ жизни... И если человек безжалостно «прогулял» сначала свой собственный орган, а потом примерно так же поступил с донорским, естественно, ситуация будет не в его пользу. Ретрансплантация сердца в Беларуси выполнялась пока 2 раза, обе операции сделаны в прошлом году. Юрий Петрович говорит, что причина одинакова — дисфункция донорского органа. И это были еще не старые люди. К слову, по протоколу операция по пересадке сердца ограничивается 65 годами. Но у нас ее делали и в 68... Вообще, лидирующую позицию в ретрансплантации занимают почки: неоднократную замену этого органа в нашей стране пережили уже десятки пациентов, при этом шестеро — трижды! Повторную операцию по пересадке печени сделали 16 пациентам, уточняет Олег Руммо: — В одних случаях необходимость повторить операцию была вызвана тем, что организм по различным причинам «не уживался» с новым органом, пересаженным в нашей же клинике, в других — мы имели дело с пациентами, которым первая операция делалась в зарубежных центрах. Например, недавно мы оперировали 49–летнего японского гражданина, которому первично трансплантация печени делалась в Колумбийском университете города Нью–Йорка. Четыре с половиной года орган благополучно функционировал, а потом вдруг перестал. Заплатив 150 тысяч долларов, иностранный пациент покинул Беларусь весьма довольным. Почему? Во–первых, потому, что у нас просто хорошо, чего ни коснись. Во–вторых, в Америке сумма была бы повыше. Кстати, японец вполне мог бы сэкономить еще больше денег и времени: например, в Китае такие операции стоят втрое дешевле, чем в Беларуси, и лететь туда ему пришлось бы всего 1 час. Но он все–таки предпочел потратить 13, чтобы оказаться в Минске... Вообще, такое «медицинское гостеприимство» окупается сторицей: сделав одну операцию иностранцу, страна получает средства для выполнения аналогичной 5 — 6 своим гражданам. И все же что думают белорусские трансплантологи о «шестом перерождении» Рокфеллера? Они склонны рассматривать это событие скорее через призму социальной справедливости, которая в американском контексте на стороне толстых кошельков. Вспоминают, как отреагировала мировая общественность: дескать, как 100–летнему миллиардеру — так нате, пожалуйста, и шестое донорское сердце, а какому–нибудь 40–летнему рядовому гражданину — не исключено, что не хватило и первого... — В Евросоюзе такую операцию ни за что бы не сделали, — убежден Олег Руммо. — У нас, я уверен, тоже. В Америке деньги решают все — поэтому рискуют. Но и — могут, конечно, многое! Буква закона Каждый белорус по умолчанию согласен стать донором органов после своей смерти. Потому что наше законодательство, как в Австрии, Швеции, Бельгии, Нидерландах, Венгрии и многих других странах, предполагает в этой сфере презумпцию согласия. Однако близкие родственники умирающего человека имеют полное право выразить свое несогласие на забор органов в устной или письменной форме. Если же родственников нет или они не обсуждали с врачом эту тему, считается, что согласие имеется. Выявление людей, которые могут стать потенциальными донорами, входит в круг будничных обязанностей врачей каждого лечебного заведения. После выполнения всех необходимых юридических процедур, о соблюдении которых ставится в известность Генеральная прокуратура, орган изымается. И если, например, в автокатастрофе погибает вполне здоровый и еще нестарый человек, то с помощью его органов можно спасти жизнь... сразу семерым! Что делать, если вы вдруг решили для себя, что категорически не согласны стать донором после смерти? Необходимо сообщить об этом письменно, а сам документ отправить по почте в РНПЦ трансплантации органов и тканей. И тогда никто ни при каких обстоятельствах ваш орган уже не заберет. При этом если вам вдруг понадобится трансплантация почки, печени, сердца, операцию все–таки сделают. Сегодня от посмертного донорства отказались уже более 2.200 белорусов. По мнению медиков, к чести нашего населения, это очень немного. А вот благодаря «согласившимся» уже спасены 1.525 человек. Цена вопроса Сам орган не стоит ни копейки ни в одной цивилизованной стране мира, он дарится. Если вопрос поставлен иначе — это уже чистой воды криминал. Оплаты требует услуга по выполнению трансплантации: мастерство сотрудников, лекарства, амортизация оборудования. Одна операция по трансплантации, например, почки обходится государству в 15 тысяч долларов, а послеоперационное лечение только одного пациента (прием препаратов) — в 7 тысяч долларов в год. Операция по пересадке печени стоит 25 тысяч долларов, сердца — 50 — 60 тысяч. А вот трансплантация печени белорусскому пациенту в Германии обойдется в 200 — 250 тысяч евро. Цифра «СБ» Беларусь входит в 30 самых развитых в области трансплантологии держав. И мы безусловные лидеры среди стран СНГ. По числу таких операций на миллион населения опережаем Россию в 5 раз, Украину — в 20, обошли уже и Польшу, и некоторые другие страны Евросоюза. Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра. Советская Белоруссия № 92 (24722). Вторник, 19 мая 2015 Автор публикации: Марина ЗУБОВИЧ Автор фотографии: Юрий МОЗОЛЕВСКИЙ
Читать статью полностью на портале «СБ»: http://www.sb.by/zdorove/article/na-vesakh-posledney-nadezhdy.html