Уменьшить шрифт Сбросить шрифт Увеличить шрифт

Russian

English

Russian

English

Справка
+375 (17) 277-10-91

Приемная директора
+375 (17) 277-13-90

Платные услуги
+375 (17) 277-19-69

Факс
+375 (17) 277-29-39

Донорство крови
+375 (17) 277-20-17


Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Справка
+375 (17) 277-10-91

Приемная главного врача
+375 (17) 277-13-90

Платные услуги
+375 (17) 277-19-69

Донорство крови
+375 (17) 277-20-17

Уменьшить шрифт Сбросить шрифт Увеличить шрифт

Полет к пересадке

В знак сотрудничества с белорусскими врачами немецкие партнеры выпустили серию сувениров. Символику для них нарисовал пациент, которому впервые в Беларуси провели трансплантацию костного мозга.

В октябре коллектив Республиканского центра гематологии и пересадки костного мозга отмечает 25-летний юбилей. 

Центр был создан в 1993 году на базе  9-й ГКБ Минска (ныне Минский научно-практический центр хирургии, трансплантологии и гематологии). В феврале 1994-го впервые в Беларуси были выполнены 10 трансплантаций костного мозга, которые спасли людям жизнь. 
 
О том, как все начиналось, какие проблемы приходилось решать, как проводили первые пересадки костного мозга, корреспонденту «МВ» рассказал руководитель Республиканского центра гематологии и пересадки костного мозга, главный  внештатный гематолог Минздрава, доктор мед. наук, профессор Анатолий Усс.
 
«Ты помнишь, как все начиналось…»
 
С этими словами из известной песни у Анатолия Усса ассоциируется развитие гематологии в начале 1990-х годов в Беларуси.
 
— Тогда диагноз «острый лейкоз» звучал как приговор, процент выживаемости был очень низким, — рассказывает Анатолий Леонидович. — Прорывом в лечении стала технология пересадки гемопоэтических стволовых донорских клеток, которую разработала группа американских ученых во главе с профессором Эдвардом Томасом, получившим в 1990 году Нобелевскую премию по физиологии и медицине. 
 
В это время перед суверенной республикой встал вопрос оказания помощи пациентам с онкогематологическими заболеваниями. После Чернобыльской катастрофы специалисты предрекали рост острых лейкозов (прогнозы основывались на резком увеличении количества лейкемий в Японии после Хиросимы и Нагасаки). С распадом СССР белорусские пациенты лишились возможности проходить лечение в Москве: с них требовали оплату, причем в валюте. Ни государству, ни тем более людям расценки оказались не по карману. Суровая действительность вынудила решать проблему спасения гематологических больных собственными силами.
 
— Первый заместитель председателя Совета Министров Михаил Мясникович собрал рабочее совещание по данной проблеме с участием министра здравоохранения Василия Казакова, ряда руководителей учреждений здравоохранения, а также ученых, — рассказывает Анатолий Усс. — Пригласили и меня, хотя я на тот момент работал простым врачом-гематологом. Перед нашим учреждением была поставлена задача по освоению и внедрению технологии трансплантации костного мозга.
 
Главному врачу Александру Скачко поручили проработать основу создания материальной базы нового центра, а Анатолию Уссу — собрать команду специалистов. Ставка на молодежь была сделана неслучайно: для того чтобы получить новые знания, требовался английский язык, поскольку на постсоветском пространстве никто не обладал опытом трансплантации. Команда врачей и медсестер взялась за изучение английского и немецкого. Сначала самостоятельно, потом на курсах (после работы занимались по 4 часа каждый вечер). 
 
— Сейчас уже трудно представить, но в СССР при закрытых границах мы фактически не пересекались с зарубежными коллегами, вся информация поступала с большим опозданием, — вспоминает Анатолий Усс. — Интернета не было, самым «продвинутым» на тот момент средством связи был факс. По линии немецкого Красного Креста нас — небольшую группу из нескольких врачей и медсестер — отправили в центр трансплантации в Ганновер (Германия). Это была двухнедельная поездка. Откровенно говоря, после нее у меня появилось гораздо больше вопросов, чем ответов. Затем я оправился в Москву — там уже начали внедрять трансплантацию, но это был, к сожалению, совсем не тот уровень.
 
Спустя время Анатолий Усс по приглашению ВОЗ уехал на полгода обучаться в Лондон. Его коллега Наталья Миланович и медсестры отправились на стажировку в Италию — в центр трансплантации в городе Пезаро. 
 
Строили всем миром
 
Немало сложностей пришлось решать при строительстве центра. Первоначально рассматривали вопрос возведения нового здания, но средств не нашлось. Тогда решили выделить для этих целей несколько этажей 9-й больницы, провести реконструкцию и монтаж необходимого оборудования.
 
— Ни одна минская строительная компания не решалась браться за этот объект: отпугивала сложность. Предстояло установить автономное от больницы снабжение водой и электроэнергией, системы подачи воздуха, обеспечивающие идеальную стерильность не только в операционной, но и в палатах. В процессе поиска подрядчика мы вышли на минское ПО «Интеграл». Незадолго до этого немецкие специалисты смонтировали там модуль для производства электронного оборудования в стерильных условиях. Вот так совпали наши интересы. Более того, завязавшиеся деловые контакты поспособствовали решению финансового вопроса: президент строительного концерна Babcock-BSH оказался другом президента немецкого Красного Креста. С его помощью нашей стране как пострадавшей после Чернобыля было выделено 6,5 миллиона немецких марок на закупку оборудования, расходных материалов и лекарств, подготовку специалистов.
 
15 октября 1993 года Республиканский центр трансплантации костного мозга был открыт, его руководителем назначен Анатолий Усс.
 
Преодоление барьеров
 
— Все необходимое для работы у нас было, но возникли неожиданные сложности — непонимание среди медработников, причем не только в регионах, но и в столице, — вспоминает Анатолий Леонидович. — Больных на трансплантацию нужно было отбирать по всей республике. Мы садились в машину и ездили по областным городам, районным больницам, рассказывали медикам суть нового метода, анализировали состояние пациентов, проводили подбор доноров по совместимости. Население тоже оказалось совершенно не готово. Нередко случались печальные ситуации. Например, один из детей в семье заболел, при этом брат или сестра идеально подходят в качестве донора. Но мать категорически против забора костного мозга у здорового ребенка. Больной погибает, а мы ничего не можем предпринять. Случалось и обратное: нас умоляют о помощи, а подходящего донора нет. 
 
Тем не менее 10 пациентов и родственные доноры были отобраны. В эту группу входили сложные больные с нестойкой ремиссией, высоким риском рецидива.
 
— Мы досконально знали теорию, обладали практическими навыками, полученными в процессе зарубежных стажировок. Технически каждый этап трансплантации костного мозга не представлял для нас трудностей. Но вся технология в целом имеет массу нюансов. Это можно сравнить с автомобилем: сделать каждую деталь несложно, трудность в том, как все это вместе будет работать. Была достигнута договоренность с докторами из Ганновера о том, что первые трансплантации пройдут с их участием. Назначена дата первой пересадки. 
 
Первый раз. Непростой выбор 
 
— За несколько дней до намеченной даты мы провели дополнительное обследование пациентов и вдруг обнаружили, что у 19-летнего парня с острой лейкемией случился рецидив. Шансы на успех трансплантации стремительно снижались… Звоним коллегам в Ганновер, просим пересмотреть дату вылета. Однако обстоятельства не позволили: авиарейсы откладывались из-за нелетной погоды.
 
Перед молодым руководителем центра трансплантации встал непростой выбор. Медицинская общественность, пресса, власть ждут от него успешного результата. Он мог бы не брать конкретно этого пациента, спокойно подождать несколько дней и совместно с немецкими коллегами провести трансплантацию другому нуждающемуся. Анатолий Усс звонит в Ганновер и спрашивает мнение куратора белорусских врачей во время стажировки Хармурта Линка. Специалист ответил: «Если ты думаешь о каком-то отстраненном от больного факторе, то я не советую делать пересадку. Шансов, что все пройдет хорошо, слишком мало или почти нет. Но если ты думаешь о больном, то трансплантация в данной ситуации — единственный шанс для него. Без этого он погибнет в ближайшие месяцы со стопроцентной вероятностью».
 
Команда врачей обсудила детали, разъяснила родственникам ситуацию и приняла решение о немедленной пересадке костного мозга.
 
— Донором выступил родной брат пациента. Мы были на постоянной телефонной связи с немецкими специалистами. Все прошло на удивление хорошо. И самое главное: парень быстро пошел на поправку, вошел в ремиссию, которая продлилась несколько лет. Он продолжил учебу — учился на художника-дизайнера. Чуть позже, когда немецкие коллеги захотели в честь нашего сотрудничества заказать сувениры, разработал оригинальную символику для них. 
 
…После первой трансплантации с интервалом в несколько дней белорусские специалисты выполнили пересадку костного мозга остальным девяти пациентам в возрасте от 9 до 40 лет. Самостоятельно. А с немецкими партнерами потом неоднократно встречались на конференциях и конгрессах — обменивались опытом как равноправные коллеги. 
 
Вместе с Анатолием Уссом белорусскими первопроходцами в трансплантации костного мозга стали врачи-гематологи Наталья Миланович (25 лет заведует отделением трансплантации костного мозга, кандидат мед. наук), Виталий Снегирь (хирург) и Владимир Змачинский (ныне профессор кафедры клинической гематологии и трансфузиологии БелМАПО, доктор мед. наук). Им помогали медицинские сестры Елена Сизова, Анна Гончарик, Наталья Симончик и Татьяна Новицкая. Трое из них продолжают трудиться в центре.
 
Формула успеха 
 
За прошедшие годы коллектив центра накопил значительный опыт проведения трансплантаций при различных гематологических, онкологических и аутоиммунных заболеваниях. Внедрен ряд молекулярно-генетических технологий, создана лаборатория сепарации и криозамораживания костного мозга, банк стволовых клеток пуповинной крови, национальный регистр доноров и многое другое. 
 
— Основой нашего успеха стала сплоченность команды, — уверен Анатолий Усс. — За это время сотрудники стали кандидатами и докторами мед. наук, приходит достойная молодая смена. В прошлом году группа наших докторов за результаты научных исследований отмечена премией Европейской ассоциации по трансплантации костного мозга.
 
История одной книги 
 
В 1992 году в Великобритании вышла книга Bone Marrow Transplantation in Practice («Трансплантация костного мозга в практике»; авторы Дженнифер Трелевен и Джон Баррет) — первое в мире издание, посвященное данной теме. Его цена поражала воображение — 315 фунтов стерлингов (зарплата врача в Беларуси в пересчете на валюту тогда чуть превышала 20 долларов).
 
— Почти каждый вечер после занятий в клинике спешил в Национальную библиотеку Великобритании, брал эту книгу, изучал, конспектировал, переводя на русский,  — вспоминает Анатолий Усс. — Сидел до самого закрытия читального зала.
 
За 2 недели до окончания стажировки стипендиата ВОЗ пригласили в управление здравоохранения Лондона. Поинтересовавшись, чему он научился, чиновник спросил: «Может, что-то еще желаете посмотреть?» 
 
— Я, набравшись смелости, сказал о своем желании завязать контакты с редакцией журнала Bone Marrow Transplantation («Трансплантация костного мозга»). Он выходил каждый месяц — на его страницах публиковалась новая информация по данной теме. И вот через пару дней мне говорят: тебя примет Джон Голдман. То есть лично шеф-редактор журнала, профессор, признанный авторитет в области трансплантации костного мозга, автор ряда новейших на тот момент технологий! 
 
Я прибыл за час до назначенного времени — боялся опоздать. В конце разговора Джон Голдман спросил о моих планах на выходные. Это просто вежливый вопрос, не требующий развернутого ответа. Но я стал честно рассказывать, что каждый вечер и все выходные провожу в библиотеке, переписываю книгу (мол, вы же знаете, в этом году впервые в мире вышло практическое руководство по трансплантации костного мозга).
 
Он улыбнулся, нажал на какую-то кнопку и говорит: «Джон, зайди-ка ко мне. Забери тут одного чудака, пообщайся с ним и подари ему книгу». Я не мог поверить услышанному. Но еще большее изумление меня ждало впереди, когда зашел молодой доктор и выяснилось, что это тот самый Джон Баррет, профессор гематологии Лондонского университета, автор книги! Мы с ним пообщались в течение часа, обменялись контактами.
 
— До сих пор помню те невероятные ощущения, как я с ценным подарком ехал в лондонском метро. Таким счастливым, наверное, был еще два раза в жизни, когда дети родились, — смеется Анатолий Усс. — В оставшиеся три дня ходил с этой книгой как со слитком золота. И вот последний день стажировки. Центр трансплантации в госпитале Саттон под Лондоном. Мы осмотрели пациентов, завершается обсуждение. Сидящая рядом со мной симпатичная женщина, заметив у меня в руках книгу, говорит: «Покажи-ка». Открывает титульный лист, берет ручку и под автографом Джона Баррета делает… еще одну надпись! Улыбаясь, поясняет: «Я — Дженнифер Трелевен, второй автор этой книги». Мы пообщались, и опять я услышал: обращайся в любое время. 
 
Домой Анатолий Усс возвращался окрыленным. Во-первых, у него было практическое руководство по трансплантации костного мозга, во-вторых, контакты признанных специалистов в этой области медицины. Это придавало уверенности и казалось добрым знаком в преддверии открытия центра трансплантации в Беларуси.
 
Та самая «драгоценная» книга с автографами авторов, которую Анатолий Усс получил в подарок в редакции авторитетного журнала.